Форма входа

Поиск

Календарь

«  Декабрь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Посоветовать другу

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0




Воскресенье, 17.12.2017, 22:28
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Регистрация | | Вход
На подступах к газовому «Эльдорадо»


На подступах к газовому «Эльдорадо»

Выдающийся российский ученый Иван Стрижов стоял у истоков зарождения и развития отечественного газового дела


В числе выдающихся деятелей отечественной науки особое место занимает доктор технических наук, профессор Иван Николаевич Стрижов (1872-1953)  один из организаторов отечественной научной газовой школы, исследователь и разработчик Северокавказских и Тимано-Печерских нефтяных и газовых месторождений.

Становление геолога
Иван Стрижов родился 8 октября 1872 г. в Екатеринбургском уезде Пермской губернии в семье служащего Билимбаевского горного завода. После окончания Екатеринбургской гимназии с золотой медалью, он поступил в Казанский университет на естественное отделение физико-математического факультета. В 1890 г. он перевелся в Московский университет, который закончил в 1894 г. со званием кандидата естественных наук. Несколько лет он успешно работал на Урале на железных рудниках Екатеринбургского горного округа. В конце 1896 г. Иван Стрижов поступил на работу в «Товарищество Г.И. Кристи и князь Трубецкой», которым и был командирован для поиска рудных ископаемых на Северный Кавказ, в Терскую область. Открытые им месторождения серебросвинцовых и цинковых руд впоследствии, под его руководством активно разрабатывало Терское  горнопромышленное общество. Казалось, у него были все основания быть довольным собой, однако вскоре последовало неожиданное решение. Об этом ученый вспоминал: «В начале 1898 г. я занялся поисками нефтью. Поехал на Челекен и Дагестан и занял под разведку участки, на которых организовалось Челекено-Дагестанское нефтяное общество, где я пробыл управляющим нефтяными промыслами больше 20 лет». Уже первый год работы позволил молодому геологу по новому взглянуть на положение дел с разведкой месторождений углеводородного сырья . Подвергая справедливой критике недостатки в организации планомерных геологических исследований, Иван Стрижов в своей статье «Коренной вопрос нефтепромышленности» в журнале «Русская мысль» (№8, 1899 г.) призвал российское правительство «очень сильно помочь разрешению указанного вопроса различными мероприятиями и распоряжениями» и осуществить коренные изменения в этом важнейшем деле.
Годы работы на острове Челекен и в Дакестане способствовали становлению Ивана Стрижова как признанного специалиста в области нефтяной геологии.   Результаты своей успешной деятельности он изложил в цикле статьей: «Коренной вопрос нефтепромышленности» («Русская мысль», 1900 г.), «Геологические исследования и соображения о нефтеносности северо-восточной части Дагестана» («Нефтяное дело», 1901 г.), «О нахождении нефти на Кавказе в слоях меловой системы» («Грозненский торгово-промышленный бюллетень, 1901 г.), «Грозненское нефтяное дело» («Русская мысль», 1905 г.)  и др.
В начале 1901 г. кандидат Московского университета Иван Стрижов был избран в действительные члены Терского отделения Императорского Русского технического общества. После Бакинского отделения ИРТО это было второе общество, объединившее лучших специалистов в области грозненского нефтяного дела. На 1 января 1901 г. в его состав входили 43 человека, среди которых были признанные авторитеты российского нефтяного дела: горные инженеры А.Булгаков, Е.Юшкин, А.Коншин, Л.Баскаков, инженеры-технологи В.Дроздовский, И.Щеповский, инженер-механик И.Анисимов,  кандидат Санкт-Петербургского университета К.Харичков, техник Н.Лавров, изобретатель Ф. Инчик и другие.  
10 декабря 1901 г. на общем собрании Терского отделения ИРТО Иван Стрижов был избран в состав руководящего органа – Совета отделения. В следующем году он был избран в состав редакционного комитета журнала «Труды Терского отделения ИРТО», а затем на протяжении пятнадцати лет был его бессменным редактором.  В марте 1906 г. Иван Стрижов был избран председателем Терского отделения ИРТО и руководил этой организацией вплоть до 1918 г. Следует еще упомянуть, что почти десять лет Иван Стрижов исполнял обязанности секретаря «Технической комиссии по охранению месторождений Терской области» и дважды избирался председателем «Геолого-технической комиссии по охранению Ново-Грозненского нефтяного месторождения».
Творческая деятельность И.Н.Стрижова в Терском отделении ИРТО отличалась необычайной широтой и разнообразием, поднятых им вопросов. Он считал, что Терское отделение «должно служить местным центром научной мысли и взять на себя функции общества естествоиспытателей». Его доклады на общих собраниях отделения «Несколько соображений о Грозненском нефтяном месторождении» (1902 г.),  «О запасах нефти Грозненского нефтяного месторождения» (1905 г.), «Новые данные по геологии Грозненского нефтяного месторождения» (1908 г.), «Новое правило относительно сверления дыр в обсадных трубах на нефтяных промыслах» 1910 г.), «Установление горизонтов для закрытия воды в скважинах в средней части Грозненского нефтяного района» (1911 г.), «Западный район Грозненского нефтяного месторождения» (1912 г.) неизменно привлекали внимание инженерного сообщества, становясь основой для принятия многих важных решений по совершенствованию отечественного нефтяного дела.
В 1910 г. его статья «Грозненские нефтяные месторождения» была опубликована в британском журнале «Нефтяное обозрение». В том же году в знак признания заслуг по разведке и разработке Кавказских нефтяных  Ивана Стрижова избрали членом «Французского геологического общества». Кроме того, он был избран действительным членом двух авторитетных научных организаций - Кавказского отдела Русского географического общества и Московского общества испытателей природы, где также активно работал в сфере геологического изучения российских недр.     

На службе в Нобелевской корпорации
В июне 1913 г. «Товарищество нефтяного производства братьев Нобель» приобрело 60% пакет акций «Челекено-Дагестанского нефтяного общества» и таким образом включив его в состав своей корпорации.
Во втором десятилетии ХХ в. лидер российской экономики уверено подтверждал свой статус. В 1912 г. «Товариществом нефтяного производства братьев Нобель» было добыто 66, 1 млн. пуд. нефти (11,6% от объема всей общероссийской добычи), произведено 19,8 млн. пуд. керосина. В России было реализовано 34,2 млн. пудов керосина, а за границу было поставлено – 5,2 млн. пуд. Акционерный капитал компании тогда составлял 30 млн. руб., и была получена чистая прибыль в 11, 3 млн. руб.
Члены правления корпорации оценили большой опыт и знания известного геолога Стрижова и вскоре назначили на должность заведующего Конторой разведывательных работ Товарищества на Северном Кавказе. Здесь в полной мере проявились его недюжинные способности, организаторский талант и научное предвидение.
Если в 1913 г. в грозненском нефтяном районе буровые бригады «Челекено-Дагестанского нефтяного общества» прошли бурением 3 тыс. 937 погонных саженей, то на следующий год этот показатель уже составил 4  тыс. 895 погонных саженей. Впечатлял и рост объема нефтедобычи. Если в 1913 г. компания добыла 2 мл. 325 ты. пуд. нефти, то в 1914 г. - 2 мл. 534 ты. пуд., а в 1915 г. - 4 мл. 363 тыс. пуд.
До наших дней дошла фотография участников совещания региональных представителей «Товарищество нефтяного производства братьев Нобель» вместе с председателем правления корпорации Эмануилом Нобелем. Во втором ряду, восьмой слева - заведующий Конторой разведывательных работ на Северном Кавказе Иван Стрижов.
За четыре года работы в Нобелевской корпорации  он провел геологическое исследование на нефть весьма обширной территории и им были открыты Новогрозненское, Вознесенское, Алхазовское, Датыхское, нефтяные месторождения, ставшие впоследствии основой для существенного увеличения добычи нефти в Грозненском районе. И в том, что к началу 1917 г. объем грозненской нефти уже составляла 21,8% всей общероссийской добычи, была его немалая заслуга.

Грозненский газовый гамбит
Проблемы газового дела попали в поле внимания Ивана Стрижова еще в начале ХХ века. В 1902 г. на общем собрании Терского отделения Императорского Русского технического общества он сделал доклад «Несколько соображений о Грозненском нефтяном месторождении» , в котором сделал несколько предложений относительно замедления истощения нефтяных пластов: « Главная задача этих мер, должна состоять в противодействии выпускания газов из нефтяных пластов и в возможном сохранении запаса газа в пласту». В 1909 г. в журнале «Труды Терского отделения Императорского Русского технического общества» была опубликована его статья «Утилизация естественного газа из скважин на нефтяных промыслах», вызвавшую большой интерес в научном и инженерном сообществе.
Наблюдение за функционированием скважины  № 10, находившейся на участке № 11 в Мамакаевской балке Старо-Грозненского района, дали ему основания для ряда принципиальных обобщений : «Эта скважина ранее эксплуатировалась на верхних горизонтах, а в начале мая 1909 г. была углублена до 281 сажени при диаметре труб в двадцать дюймов. В ней 6-й пласт оказался довольно богат газом…Наблюдение над скважиной в течение нескольких месяцев показали, что приток газа в ней сохраняется постоянным, и что этот приток за полгода не испытал уменьшения».
По предложению Ивана Стрижова был сооружен газопровод длиной около 214 сажень для подвода газа в промысловую кочегарку, где имелись три паровых котла. На расстоянии 25 саженей от скважины в качестве ресивера и отделителя был смонтирован железный резервуар. Отбор газа из скважины производился 16 часов в сутки.  Затем было осуществлено  дальнейшее усовершенствование процесса добычи газа уже на трех скважинах № 5, № 10 и № 15., было сооружено специальное устройство, эксгаузер, способствующее интенсификации притока газа из скважины и последующей перекачке по газопроводу.  
Подробно описав положительные результаты своей  работы, он отметил: «Самым главным применением газа из скважин на грозненских промыслах есть отопление им паровых котлов и приведение в действие газомоторов. Таким образом, газ может давать двигательную силу для тартания, для работы насосов, выкачивающих нефть, для действия электрических станций, для перекачивания нефти и воды, для двигателей в механических мастерских и т.д. Кроме того, газ с успехом может применятся для отопления кухонь и жилых зданий, для кузнечных горнов и для освещения… Было бы интересно разобрать вопрос о том, нельзя ли с практической выгодой приготовлять из нашего естественного газа бензин».

Организатор советской нефтегазовой отрасли
После установления советской власти на Северном Кавказе в мае 1920 г. был создан трест «Грознефть», перед которым и была поставлена задача восстановить нефтедобычу на грозненских промыслах. Командующий Кавказской трудовой армией Иосиф Косиор, назначенный директором треста понимал, без квалифицированных специалистов-нефтяников не обойтись.  Вскоре Иван Стрижов получил приглашение занять должность геолога треста «Грознефть», но продолжительной работы не получилось. Уже в июле 1920 г. неожиданно последовал вызов из Главного нефтяного комитета и перевод на работу в Москву. Сначала он был назначен на должность заместителя начальника Производственно-технического управления Главного нефтяного комитета, а вскоре и возглавил это управление. Чрезвычайно сложные и ответственные задачи по восстановлению нефтяной отрасли были руководством страны поставлены перед ним.
В 1921 г. в журнале «Нефтяное и сланцевое хозяйство» опубликована статья И.Н.Стрижова «О разработке плана восстановления нефтяной промышленности»  Он особо подчеркнул: «Мы должны воспользоваться всеми уроками истекшего времени, понять прежние ошибки и постараться в дальнейшем, чтобы нефтяная промышленность была правильно поставлена с государственной точки зрения, чтобы это была единая, органически цельная нефтепромышленность, имевшая стройную структуру и входящая, как важная составная часть, в общую систему экономического строя России…Развитие нефтяного дела должно совершаться без колебаний, без депрессий, последовательным обдуманным шагом, все время в перед в соответствии с характером и размером нефтяных  месторождений, с потребностями страны и требованиями науки и техники».
Через год в том же журнале появилась его новая работа «К вопросу об основах рациональной организации государственной нефтяной промышленности», где содержались многие далеко идущие предложения по созданию мощной государственной нефтяной промышленности.
15 февраля 1924 г. приказом №23 по Главному горному управлению СССР И.Н.Стрижов был назначен директором по Бакинской нефтяной промышленности.
Теперь его деятельность была сосредоточена на самом ответственном участке, имеющим чрезвычайно важное значение для экономики страны. В 1923 г. общая добыча нефти в СССР составляла 5,53 млн. тонн нефти из них 3, 28 млн т. (59,3%) было добыто на бакинских месторождениях. Задачи, поставленные руководством страны перед трестом «Азнефть», требовали в кратчайшие сроки завершить восстановительные работы, упорядочить доразработку уже эксплуатирующихся горизонтов и скорее ввести в разработку новые нефтеносные площади. В Баку на острие атаки находился инженер Александр Серебровский, директор треста «Азнефть», а в Москве обеспечивал успех всему «трудовому» наступлению Иван Стрижов.  
Результат напряженной организационно-технической трехлетней работы этих двух выдающихся руководителей впечатляет. Если в 1923 г. объем вращательного бурения составлял 27,3%, то в 1926 г. этот показатель составил 63%. Резко возросла скорость бурения от 6,8 метров  на станок в месяц в 1923 г., до 98,3 метров  на станок в месяц в 1926 г. Как следствие, добыча бакинской нефти в 1926 г. выросла в 1,6 раза и на промыслах Апшеронского полуострова было добыто 5, 22 млн. тонн нефти.  Внедрение новой техники происходило одновременно с восстановлением и реконструкцией механических заводов и мастерских, создания энергетического хозяйства.
В 1926 г. Иван Стрижов был назначен старшим директором нефтяной промышленности ВСНХ СССР и одновременно утвержден председателем Научно-технического Совета отрасли.  
Высший пост в союзной нефтяной промышленности потребовал от него еще более полной отдачи, большого напряжения духовных и физических сил, максимальной концентрации решении неотложных задач. Однако как дальновидный руководитель, не увязая в повседневном хитросплетении разнообразных текущих проблем отрасли, он стремился отчетливо обозначить дальнейшую перспективу  развития нефтяной промышленности.
И здесь чрезвычайно большое значение Иван Стрижов придавал скорейшему развертыванию геологоразведочных работ на нефть на новых территориях. В 1927 г. благодаря его активной позиции Президиум ВСНХ представил в Совет труда и обороны специальный доклад «Об организации нефтеразведочного дела в СССР» , обосновывающий необходимость создания «государственной разведочной конторы».   Статья И.Н.Стрижова « «Надо искать нефть в новых местах», опубликованная 15 июля 1928 г. в «Торгово-промышленной газете» по существу явилась изложением широкомасштабной программы поисков и разведок нефти в СССР: «Мы должны поставить поиски новых нефтяных месторождений на берегах среднего течения Волги, на склонах Среднего Урала, и к югу от Донецкого бассейна, на Вятской антиклинали, на Медведицкой антиклинали, на антиклинали Ока-Цна… Дальнейшее промедление в этом вопросе будет чрезвычайно вредно». В работе «Топливные ресурсы СССР», изданной Госпланом в 1929 г., значительное место занимает раздел «Разведка и поиски нефти, и подсчет  запасов нефти в новых месторождениях», написанный И.Н.Стрижовым, где он вновь и вновь отстаивает свою новаторскую позицию в безотлагательном наращивании ресурсного потенциала отрасли.  
Можно уверено утверждать, что в 20-30-х гг.,  под непосредственным руководством старшего директора нефтяной промышленности ВСНХ Ивана Стрижова в короткие сроки были осуществлены большие преобразования во всей отрасли, затронувшие все ее организационные и производственные звенья и предопределившие дальнейший стремительный росте добычи нефти в СССР в предвоенные годы.
Все это позволило довести добычу нефти в стране  в 1928 г. до 11,6 млн. тонн нефти, по сравнению с 1926 г. был достигнут рост в 1,3 раза. На промыслах Апшерона было добыто 7,7 млн. т., в Грозненском районе – 3,6 млн. т., на Кубани – 925 тыс. т.

У истоков советской газопереработки
К решению проблемы получения моторного топлива из газа Иван Стрижов вернулся в начале 20-х гг., занимая ответственную должность начальника Производственно-технического управления Главного нефтяного комитета. В 1923 г. в статье «Получение бензина из газа» в журнале «Грозненское нефтяное хозяйство» он подчеркнул: « При надлежащей постановке дела утилизации естественного газа  в России оно имеет блестящее будущее. Пора нам серьёзно взяться за дело».
В конце 1923 г. Научно-технический совет геологии и горного дела заслушал доклад И.Н.Стрижова и принял постановление, в котором было  отмечено «важное значение утилизации природного газа и получения из него бензина, и необходимость создания в СССР газовой промышленности».  Конструктивные предложения по развитию газового дела были одобрены советским правительством и вскоре в Грозном было начато строительство абсорционнного и компрессионного газолиновых заводов. А 11 августа 1924 г. впервые в стране на газолиновом заводе № 5  из попутного нефтяного газа был получен бензин в промышленных объемах.
В 1926 г., уже занимая пост старшего директора нефтяной промышленности ВСНХ СССР, Иван Стрижов в журнале «Нефтяное хозяйство» опубликовал три статьи: «Грозненский абсорционнный газолиновый завод» (№ 9),   «Грозненский компрессионный газолиновый завод» (№10) и «Газовое дело на Грозненских нефтяных промыслах» (№ 11-12). В этих работах он дал глубокий анализ начальному этапу развития и указал реальные направления дальнейшего развития газопереработки в стране. И следует отметить, что к 1930 г. всего за шесть лет производство газолина в стране выросло в 8 раз, а в 1940 г. этот ценный продукт выпускался уже на 8 заводах.
В 1926 г. началась и его плодотворная и многолетняя научно-педагогическая деятельность по подготовке специалистов газового дела высшей квалификации. Он возглавил кафедру газового дела в Московской горной академии и начал читать специализированный курс лекций. О его лекциях так вспоминал выпускник Московской горной академии И.Е. Ходанович: «Мы студенты с удовольствием слушали его лекции. У него была удивительная черта – он давал свои конспекты студентам для размножения и использования к экзаменам и вообще для лучшего усвоения материала».
Большое внимание им уделялось и созданию базы для осуществления научно-исследовательских работ в области газового дела. В № 8 журнала «Нефтяное хозяйство» в 1929 г. было отметчено: «На работы по газовому делу профессор И.Н.Стрижов, заведующий газовой лабораторий МГА, испрашивает 150 тысяч рублей на постройку специального здания для газовой лаборатории и 50 тысяч рублей на дальнейшее оборудование лаборатории из расчета 10 тысяч в год».

Геолог  «УхтПечлага»
Осенью 1927 г. Иван Стрижов отбыл в пятимесячную загранкомандировку в США.  После возвращения на Родину в течение года наряду с выполнением своих обязанностей он напряженно работал над обобщением собранного материала и  реализацией своих научных замыслов.  Об их широком размахе можно догадываться, после ознакомления с его книгой «Американские нефтеперегонные заводы» и рядом статей в периодической печати. Однако все намеченное тогда так и не удалось претворить в жизнь.
1  июля 1929 г., в самый разгар судебного процесса в Москве по «Шахтинскому делу», профессор Стрижов был арестован и доставлен на мрачное здание Лубянки. От следователя ОГПУ ошеломленный ученый узнал, что в вину ему вменялось связь с деятелями так называемой «Промышленной партии», центр руководства и финансирования которой находился в Париже и состоял из бывших русских капиталистов Нобеля, Манташева, Коновалова, Рябушинского и др.
Для профессора Стрижова наступила полоса тяжелейших испытаний. Во время ночных допросов ему припомнили все: и работу в Товариществе братьев Нобель, и избрание его городским головой при Временном правительстве, и членство  во Французском геологическом обществе.  Недавняя его американская  командировка также укладывалась в зловещую схему следствия – «тройной агент» белогвардейцев, французов и американцев Иван Стрижов – это ключевая фигура разветвленного заговора «старых специалистов» в нефтяной отрасли.       
В материалах следствия среди прочего было записано: «В этом отношении заслуживает интереса вредительская деятельность крупнейшего специалиста и работника нефтяной промышленности Стрижова… Являясь на словах сторонником усиления разведок и обвиняя даже Грознефть в пессимизме при проектировании разведочного дела, Стрижов на деле препятствовал росту нефтеразведок, проектируя самые минимальные темпы разведочного бурения».
15 октября 1930 г. заместитель председателя ОГПУ Генрих Ягода утвердил обвинительное заключения по делу «О контрреволюционной шпионско-вредительской организации в нефтяной промышленности СССР». «Вредителю и врагу народа» Ивану Стрижову в тюремной камере Лубянки пришлось ждать решения своей участи еще долгих полгода. Затем последовало скоротечное судебное заседание, завершившееся вынесением всем обвиняемым смертного приговора, который вскоре «исходя из принципа пролетарского гуманизма» был заменен на 10 лет лагерей.
13 июня 1931 г.  осужденный Стрижов прибыл по этапу на Север в поселок Чибью для отбывания срока заключения в Ухтинской экспедиции ГУЛАГа. Здесь уже в качестве заключенных  находились известные геологи Николай Тихонович, Николай Леднев, Петр Полевой и другие специаалисты.
13 ноября 1932 г. Политбюро ЦК ВКП (б) принимает специальное постановление «Об организации Ухто-Печорского треста», руководство которым было поручено ОГПУ. На трест была возложена реализация широкомасштабной программы по развитию северных районов Коми АССР. В состав Ухто-Печорского треста в 1932 - 1935 гг. входили: три отделения (Архангельское, Печорское и Усинское), пять промыслов, пять перевалочных пунктов, четыре рудника и пять совхозов, два поселка спецпереселенцев. Контингент этого ГУЛАГовского учреждения насчитывал 25 тыс. человек.  Главным направлением деятельности «УхтПечТреста» было освоение угольных и нефтяных месторождений, поэтому приоритет получило Усинское отделение, где было сосредоточено около 3 тыс. заключенных, 211 «колонизованных» лиц и 200 ссыльных. Здесь действовали четыре геологоразведочные партии, были оборудованы три перевалочные базы, даже функционировал сельхоз в селении Кочмес.
С первых дней пребывания в «зоне» Иван Стрижов показал, что главное для него – это практическая геологическая работа. Уже 25 июня 1931 г. на имя начальника Ухтинской экспедиции ОГПУ Якова Мороза им была подана записка «К вопросу о поисках нефтяных месторождений в районе Южного Тимана и Сереговской антиклинали». Затем последовала полевая работа в первой геологической партии. 23 августа 1931 г. лагерный геолог Стрижов предоставил обстоятельный «Отчет о разведке юго-западного крыла Ухтинской антиклинали по линии реки Ухты», а 20 декабря 1931 г. он предоставляет записку «Тектоника Тимана и план геологоразведочных работ», в которой  отражены важнейшие вопросы изучения нефтеносности региона.  
В период работы в Ухтпечлаге он не упускает из виду и вопросы разведки газовых месторождений. Он старательно и тщательно собирает сведения обо всех газопроявлениях на территории региона.  В 1934 г. эти данные были обобщены в его работе «Природные газы Тимана», где особо выделено, что: «Мы имеем лишь начало изучения газов Тимана. Эти древние горы при дальнейшем изучении могут дать газы новых типов. Могут найтись месторождения большого практического значения».
И вскоре его прогноз был блестяще подтвержден. В июле 1935 г. по разработанному им «Плану разведки и добычи гелия на Тимане»  в Верхне-Ижемском районе возле деревни Крутой скважиной № 39 было открыто первое на востоке Европейской части страны промышленное месторождение природного газа «Седь-Иоль».  

Создавая научные основы газового дела
Осенью 1939 года после истечения десятилетнего срока «наказания пролетарского суда» Иван Стрижов возвратился в Москву. Высококвалифицированный специалист-геолог стремился вернуться к преподавательской деятельности. Вначале он исполнял обязанности  профессора кафедры транспорта и хранения нефти Московского нефтяного института, затем в 1940 г. возглавил вновь созданную кафедру «Газовое дело». В 1945 г. он был назначен заведующим кафедрой добычи, транспортировки и переработки углеводородных газов, где и трудился до последних дней своей жизни.
В последний период своей жизни он сосредоточил всю свою творческую энергию  на решении актуальных вопросов поисков, добычи и использования нового, для советской промышленности, вида топлива - природного газа.    
Его научный талант и прозорливое предвидение большого будущего для природного газа нашли свое отражение в смелых концепциях, новых подходах к оценке, поиску и разработке газовых, газоконденсатных и газогидратных месторождений.  В фундаментальных, энциклопедических работах «Добыча газа» (в соавторстве И.Е.Ходановичем) (1947) и «Основы рациональной разработки газовых месторождений» (в соавторстве с Б.Лапук и А.Козловым) (1948) систематизирован отечественный и зарубежный опыт разработки газовых месторождений и убедительно обосновано наличие большого числа месторождений природного газа на Севере и в Западной Сибири.
Как ведущий отечественный специалист газового дела профессор Стрижов был привлечен к перспективным работам Всесоюзного научно-исследовательского института искусственного жидкого топлива и газа (ВНИГИ) и с 1946 г. он являлся редактором реферативного сборника «Газовое дело», бывшего настольной книгой для специалистов отечественной газовой промышленности.
В его творческом активе достойное место занимают выдающиеся изобретения: «Применение способа и устройства для нейтронового каротажа с целью обнаружения гидратных пробок в газопроводах» (1949), «Способ испытания на растяжение сварных стыков различных трубопроводов в процессе их укладки» (1949) и «Способ дегидрации естественного газа и приспособление для его осуществления» (1950), «Способ разработки нефтяных месторождений» (1951), «Превращение нефтяных месторождений в газово-конденсатные» (1951).   
За годы работы в Московском нефтяном институте профессор И.Н.Стрижов подготовил целую плеяду ученых-газовиков, специалистов нефтяной и газовой промышленности, внесших весомый вклад в становление и развитие отрасли.
В один из последних летних дней на 81 году жизни остановилось сердце этого замечательного человека. Он был похоронен 14 августа 1953 г. на Введенском кладбище в Москве. В небольшом некрологе, опубликованном в №9 журнала «Нефтяник» за 1953 г., были приведены только скупые отдельные факты его биографии. За рамками этого официального журнального материала остались многие события яркой и драматичной жизни большого ученого, талантливого педагога, выдающегося геолога.
Еще в 1953 г. было установлено, что научное наследие профессора И.Н.Стрижова составляет 115 печатных работ, 51 рукопись, а также обширный научный архив (7 тыс. 350 страниц). По ряду причин, работа комиссии Московского нефтяного института, созданной после смерти выдающегося ученого, не привела к должному результату, его многие работы так и не были опубликованы.  
По мнению академика РАЕН К.С. Басниева значительная часть творческого наследия  профессора И.Н.Стрижова направлена в будущее отечественной газовой промышленности и нашей науке ещё предстоит тщательное переосмысление ряда его смелых научных идей и последующее их практическое воплощение.




Матвейчук А.А © 2017