Форма входа

Поиск

Календарь

«  Май 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031

Посоветовать другу

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0




Вторник, 23.05.2017, 19:39
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Регистрация | | Вход
Забытый нарком


(Опубликовано в журнале «Нефть России», 2006 г., № 5)

ЗАБЫТЫЙ НАРКОМ
К 100-летию со дня рождения Ивана Седина, руководителя отечественной нефтяной промышленности в годы Великой Отечественной войны

Александр МАТВЕЙЧУК, кандидат исторических наук, действительный член РАЕН

В небольшом подмосковном городке Хотьково есть улица Седина. Большинство горожан помнят, что ее назвали в честь Героя Социалистического труда Ивана Корнеевича Седина (1906-1972), многолетнего руководителя, одной из ведущих местных организаций, Научно-исследовательского института технологии лакокрасочных покрытий. Однако совсем немногие из них знают, что свою высшую советскую трудовую награду И.К.Седин получил в грозные годы Великой Отечественной войны, находясь на посту народного комиссара нефтяной промышленности.

В краю «Майкопского нефтяного бума»
В современных российских справочных изданиях Ивану Седину отведено всего лишь несколько формальных строк, определивших ему достаточно скромное место в шеренге советских государственных и хозяйственных руководителей. Обращение же к архивным материалам позволяет внести существенные личностные изменения в данный стереотип и представить его жизнь и деятельность с непредвзятых позиций.
Казалось, что с момента рождения сама судьба определила Ивану Седину нефтяное направление. Он появился на свет 25 (12) мая 1906 г. на Кубани в станице Кужорской в семье казака. Всего 3 года было ему, когда в августе 1909 г. весь район облетела весть, что на участке «Бакинско-Черноморского нефтепромышленного товарищества» вблизи станицы Ширванской был получен мощный фонтан нефти, ознаменовавший начало знаменитого «Майкопского нефтяного бума».
Как и все местные мальчишки, Ваня Седин не мог остаться в стороне от событий в районе с большим интересом прислушивался к рассказам отца, неоднократно посещавшего нефтяные промыслы. В 1913 г. он пошел в первый класс школы 1-й ступени, с большим упорством стал постигать азы грамматики и арифметики. Через год началась Первая мировая война, и его отец в составе Майкопского казачьего полка был направлен в действующую армию на Кавказский фронт, занимавший оборону на линии протяженностью 1 тыс. км., от Тире-Болу на турецком черноморском побережье до Тебриза и Исфахана в Персии. Зимой 1917 г. в семью пришло печальное известие о гибели казака Корнея Седина в одном из сражений с турецкими войсками.
Оставшись в семья за старшего, Ваня вынужден был прервать учебу в школе и с 11 лет стал работать «на поденщине» на табачных и бахчевых плантациях местных купцов.
Февральская революция (1917 г.), отречение от трона императора Николая II, грозовые события Гражданской войны, вихрем пролетевших по Кубани способствовали его быстрому возмужанию. Весной 1920 г. на территории Кубани была установлена советская власть, и вскоре Иван Седин вступил в ряды комсомола. Как боец кавалеристского эскадрона 539 батальона ЧОН Майкопского отдела он участвовал в ликвидации бандитских формирований. В 1924 г. по направлению комсомола был направлен в Майкопский педагогический техникум на школьное отделение. Во время учебы его избрали секретарем комсомольской ячейки и членом бюро Окружкома ВЛКСМ, а на последнем курсе был принят в ряды РКП(б)
После окончания техникума в июне 1928 г. Иван Седин трудился в системе народного образования, был заведующим школами 1-й ступени в станицах Гигинская, Ханская. В период коллективизации семь месяцев работал председателем первого созданного колхоза в станице Гигинская, объединивший более полутора тысяч хозяйств.

Высокое звание – «менделеевец»
В августе 1931 г. Иван Седин по «разверстке» Центрального комитета ВКП(б) и направлению Северо-Кавказского крайкома партии прибыл в Москву, и в сентябре приступил к занятиям на первом курсе Академии коммунистического воспитания имени Н. К. Крупской. Но в 1932 г в связи с готовящимся переездом в Ленинград в Академии произошли серьезные организационные изменения.
Агропедагогическое отделение, где числился слушатель Седин было расформировано и тогда ему предложили для продолжения учебы перевестись в Московский химико-технологический институт имени Д.И.Менделеева. В тот период в ВУЗе плодотворную преподавательскую и научную деятельность вели многие известные российские ученые профессоры Егор Орлов (1865-1944),. Николай Песков (1880-1940), Николай Юшкевич (1885-1942), Николай Ворожцов (1881-1941) и др.
Особое внимание Иван Седин уделял занятиям на своей профилирующей кафедре, химической технологии пластических масс, которую возглавлял профессор Григорий Петров (1866-1957), получивший еще в 1913 г. первую отечественную пластмассу.
Наряду с успешным освоением учебной программы студент Седин активно занимался общественной деятельностью. Вначале ему доверили пост секретаря институтского бюро ВЛКСМ, а затем, 1 марта 1934 г. он был избран секретарем партийного комитета ВУЗа.
Через год, 10 марта 1935 г. декан факультета органической технологии Макаров-Землянский представил на Ивана Седина характеристику следующего содержания: «Будучи студентом МХТИ показал высокую академическую успеваемость, имеет оценки 100% хорошо и отлично, совмещая при этом учебу с большой общественной ответственной работой. Дисциплинирован, административных взысканий не имеет. Обнаружил умение самостоятельно работать с книгой. Проявил большие организаторские способности, является ударником учеб, ведущим за собой группу. Производственную практику проходил на Охтенском химкомбинате. Имеет хорошую оценку».
В учебе, заботах, хлопотах и активной общественной работе пролетели для Ивана Седина четыре года, оставался лишь финальный этап. Руководителем его дипломной работы был профессор Павел Шорыгин (1881-1939), заведующий кафедрой органической химии, автор монографий «Химия углеводов, «Успехи органической химии». «Курс органической химии». Он на своих лекциях неутомимо пропагандировал введение в органическую химию новых физико-химических методов изучения строения и свойств органических соединений.
Вторник 16 февраля 1937 г. стал для Ивана Седина радостным днем, с оценкой отлично перед государственной комиссией им был защищен дипломный проект «Ацетилирование целлюлозы уксусной кислотой».
После получения диплома 1-й степени под № 206663. с квалификацией «инженер-технолог» по специальности «технология пластмасс», по распределению, 21 апреля 1937 г. он приступил к работе в качестве начальника цеха на Химико-пищевом заводе им. Д.И.Менделеева Наркомпищепрома СССР. Менее года он проработал на этом предприятии, затем в конце зимы 1938 г. последовал перевод на должность заместителя начальника цеха завода № 39 имени В. Р. Менжинского. Этот московский завод входил в структуру Наркомата авиационной промышленности и здесь производился выпуск бомбардировщиков ДБ-3, Пе-3 и истребителей И-15, И-16. Но стать авиастроителем Ивану Седину так не пришлось, так как всего через месяц работы на заводе № 39 в его судьбе произошел неожиданный поворот.

В партийном омуте
Период 1937-1938 гг. вошел в историю страны как время «Великого террора». Массовые репрессии в СССР достигли своей высшей фазы. Сигнал к их началу дал февральско-мартовский пленум ЦК партии, на котором 3 марта 1937 г. генсек Сталин выступил с докладом «О ликвидации троцкистских и иных двурушников», в котором дал обоснование репрессивной политики против региональной партийной и хозяйственной номенклатуры.
Это в свою очередь вызвало необходимость массового направления наруководящую работу молодых специалистов с инженерным образованием. Так началась короткая партийная карьера инженера Ивана Седина. В начале марта 1938 г. он был приглажен на беседу в Отдел кадров ЦК ВКП(б), где ему было «оказано высокое доверие» и сделано предложение о переходе на партийную работу. Вполне понятно, что о каких-либо возражениях, а тем более об отказе от уже принятого решения высшей партийной инстанции со стороны коммуниста Седина не могло идти речи.
Таким образом, 19 марта 1938 г. он был утвержден в должности 2-го секретаря Тамбовского ОК ВКП(б), отвечающего за вопросы промышленности, и через два месяца в июне его избрали уже первым секретарем Тамбовского обкома ВКП(б), чтобы через месяц внезапно перевести в Ивановскую область.
Здесь сподвижники кровавого наркома НКВД Ежова «сумели разоблачить» разветвленный антисоветский «запасной правотроцкистский блок», который составили все высшие партийные и хозяйственные руководители области, Их всех арестовали, и после скоротечного судебного фарса расстреляли. Новое областное руководство было сформировано «в пожарном порядке» из представителей других регионов. Четырнадцать месяцев, с июля 1938 г. по начало октября 1939 г. Иван Седин проработал на посту первого секретаря Ивановского ОК ВКП(б). За это время ему удалось в определенной степени стабилизировать социально-политическую обстановку, снять у населения гнетущий страх, поселившийся в их душах, и в целом переломить фатальный, пессимистический настрой в областной парторганизации, что вскоре зримо сказалась и на результатах работы всего народнохозяйственного комплекса области.
10-21 марта 1939 г. в числе 2035 делегатов он принял участие в работе XVIII съезда ВКП(б), где И.В.Сталиным было громогласно объявлено о завершении построения «в основном» социалистического общества в СССР, и в то же время принят помпезный лозунг «Догнать и перегнать наиболее развитые капиталистические страны по производству продукции на душу населения».
На заключительном заседании съезда 21 марта 1939 г. первый секретарь Ивановского обкома И.К.Седин был избран членом ЦК ВКП(б), получив тем самым пропуск в первую сотню советской партийно-политической элиты. А вскоре в газете «Правда» был опубликован Указ Верховного Совета СССР № 15 от 16 мая 1939 г. о награждении высокими правительственными наградами «За перевыполнение плана, за проявленные образцы стахановской работы на предприятиях текстильной промышленности». В списке работников отрасли значился и руководитель ивановской партийной организации Иван Седин, награжденный орденом Ленина.

Семь месяцев под началом «железного» Лазаря
12 октября 1939 г. начался новый этап в биографии Ивана Седина. Он был назначен первым заместителем Народного комиссара нефтяной промышленности СССР. Как общесоюзное ведомство «Наркомнефть» появилась в результате решения Совнаркома СССР по разделению наркомата топливной промышленности на два: нефтяной и угольной.
Глава этого наркомата Лазарь Каганович, являясь членом Политбюро и Оргбюро ЦК ВКП(б), а также занимая одновременно и должности заместителем председателя СНК СССР и наркома путей сообщения, был одним из ближайших сподвижников И.В.Сталина. За свою деятельность на партийно-политическом поприще в кругах советской номенклатуры Каганович получил прозвище «железный Лазарь». Направленный Сталиным на различные участки хозяйственной работы, он добивался требуемых результатов, прежде всего за счет введения жесткой «полулагерной» дисциплины, широкого использования арестов и суровых приговоров суда в качестве одной из главных мер по повышению производительности труда и качества продукции. Чрезмерная мнительность и крайняя подозрительность, тотальное недоверие к подчиненным были неотъемлемой частью его натуры.
Семь месяцев работы в Наркомнефти под руководством Кагановича стали серьезной проверкой на прочность для тридцатитрехлетнего Ивана Седина. Участие в подготовке приказов наркома от № 7 от 10 ноября 1939 г. «О работе 2-го промысла треста «Кагановичнефть» объединения Азнефтедобыча» и № 8 от 11 ноября 1939 г. «О работе 1-го промысла треста «Молотовнефть», позволило ему получить первое представление о положении дел в отрасли и путях преодоления имеющихся недостатков и упущений. Достаточно поучительной для него стала и работа по подготовке приказа наркома № 13 от 22 ноября 1939 г. «О расширении разведочных работ на нефть в Сибири», который ориентировал «на усиление геологоразведочных работ на нефть в Сибири в 1939 году и обеспечение подготовки технической базы для развертывания нефтепоисковых работ в 1940 году».
28 ноября 1939 г. заместитель наркома Иван Седин впервые был на приеме у И.В.Сталина.в его кремлевском кабинете. На встрече продолжавшейся сорок пять минут, обсуждались вопросы дополнительных поставок горюче-смазочных материалов для Красной Армии в преддверии начала ее боевых действий против Финляндии.
Следующий вызов Ивана Седина в Кремль последовал 30 января 1940 г. Встреча со Сталиным продолжалась с 17.45 до 19.35. и обсуждались возможные объемы нефтяных поставок в фашистскую Германию в рамках готовящегося к подписанию 11 февраля так называемого «Хозяйственного соглашения» с Третьим Рейхом.
Работа под руководством «железного Лазаря», освоение специфики и тонкостей нефтегазового производства требовали от Ивана Седина постоянной предельной собранности и четкости, неимоверной работоспособности, максимального напряжения духовных и физических сил. И этот нелегкий экзамен он сумел выдержать с честью. Ветеран отрасли Герман Мыльников впоследствии вспоминал: «Иван Корнеевич Седин обладал многими ценными качествами руководителя, быстро вписался в семью нефтяников, вошел в курс дела и вскоре сменил Кагановича на посту Наркома нефтяной промышленности»

На капитанском мостике отрасли
3 июля 1940 г. Указам Верховного Совета СССР Иван Седин был назначен на пост народного комиссара нефтяной промышленности СССР. Вечером того же дня, в 21.15. в Кремле вместе с Вячеславом Молотовым, Лаврентием Берия, Лазарем Кагановичем и Никитой Хрущевым он встречался со И.В.Сталиным.
19 сентября 1940 г. последовал срочный вызов наркома Седина в Кремль. Эта встреча со Сталиным продолжалась более двух часов, с 19.10 до 22.30., и была связана с новыми ценными территориальными приобретениями для СССР, полученными в ходе начавшегося 17 сентября «освободительного похода Красной Армии в Западную Украину». В кремлевском кабинете были обстоятельно рассмотрены первоочередные вопросы, связанные с организацией работы Наркомнефти на нефтяных промыслах Галиции.
В октябре 1940 г. советским правительством были приняты два важных директивных документа, определившие направление преобразований в нефтяной промышленности: постановления ЦК ВКП(б) и СНК СССР «О мерах усиления добычи и переработки нефти в Азербайджанской ССР» и «О развитии добычи нефти в Грозном». В правительственных постановлениях также была намечена широкая программа повышения результативности разведочного и эксплуатационного бурения, достижения высокой эффективности работы по нефтедобыче и нефтепереработке.
Первый номер журнала «Нефтяная промышленность СССР» в январе 1941 г. открыла программная статья наркома Седина «Основные задачи нефтяной промышленности в 1941 г.». Характеризуя непростое положение в отрасли, он писал: «Прирост добычи нефти, достигнутый в 1940 г., незначителен. Объем бурения увеличился по сравнению с 1939 г. всего на 11%. Нефтеперерабатывающие заводы выработали больше бензинов и других продуктов. Однако государственный план 1940 г. по всем этим отраслям нефтяной промышленности не выполнен». Обстоятельно рассмотрев положение по всем структурным составляющим звеньям отрасли, обратив внимание на имеющиеся недостатки и промахи в отрасли, и поставив задачи перед трудовыми коллективами в завершение своего печатного выступления он подчеркнул: «Перед нефтяной промышленностью стоят грандиозные задачи как в области расширения добычи нефти, так и в совершенствовании техники переработки нефти и создания своей машиностроительной базы.».
Угрожающее развитие военных действий в Европе поставило перед советским правительством срочные задачи по широкомасштабной модернизации Вооруженных Сил СССР. В серийное производство запускались новые боевые самолеты, мощные двигатели которых требовали высокооктановый бензин. В силу многолетней мазутной ориентации отрасли подавляющий объем выпускаемого горючего для авиации составляли авиабензины с невысоким октановым числом от 70 до 74, потреблявшимся устаревшими типами отечественных самолетов.
В этих условиях правительство стремилось принять срочные меры по исправлению создавшегося тревожного положения. 17 января 1941 г. было принято Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «О государственном плане развития народного хозяйства СССР на 1941 год». Согласно плану развития народного хозяйства на 1941 г., прирост мощностей по крекингу должен был составить 600 тыс. т, по изооктановым установкам - 87 тыс. т, по алкибензиновым установкам - 65 тыс. т. Должно было быть форсировано строительство ряда новых нефтеперерабатывающих заводов.
27 мая 1941 г. вновь последовал срочный вызов в Кремль, где состоялась очередная встреча И.Седина в Кремле с И.В.Сталиным, который уже двадцать дней находился в новой для него должности, Председателя СНК СССР. Шла напряженная работа над постановлениями СНК и ЦК «О самолете МИГ-3» и «О самолете ЛАГГ-3», необходимо вновь вернуться к вопросу об высокооктановом авиационном бензине.
Последняя довоенная встреча Ивана Седина с Иосифом Сталиным произошла в субботу 7 июня 1941 г. с 21.45 до 22.50. На ней обсуждались вопросы касающиеся Наркомнефти по реализации постановления Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) от 6 июня «О мобилизационном плане производства боеприпасов на вторую половину 1941 год и 1942 год».

В годину суровых испытаний
Ярким солнечным воскресным утром 22 июня 1941 г. москвичи, читавшие газету «Правда» с первополосной статьей «Нефтяная промышленность выполнила двухдекадный план», не подозревали, что уже несколько часов западные районы страны пылают в огне войны. А все сотрудники центрального аппарата Наркомнефти уже находились на своих рабочих местах. С нескрываемой тревогой они ожидали возвращения своего наркома Седина с совещания у первого заместителя Председателя СНК СССР, руководителя Госплана Николая Вознесенского.
Первая неделя катастрофических потерь Красной Армии заставила правительство начать подготовку к крайним мерам. 29 июня 1941 г. ЦК ВКП(б) и СНК СССР обратились к партийным и советским органам прифронтовых областей со специальной директивой. Лозунг «Все для фронта, все для победы» определил всю дальнейшую жизнь страны. В тот же день под грифом совершенно секретно было принято постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б), в котором говорилось: «В целях разгрузки г. Москвы от учреждений, СНК и ЦК постановляют: перевести из Москвы в другие города наркоматы и ведомства: … Наркомнефть – в Уфу».
В соответствии с решениями советского правительства Совет по эвакуации с июля по декабрь 1941 г. отправил в восточные районы страны около 1,5 млн. вагонов с людьми и различными грузами, эвакуировано более 1 тыс. 360 крупных промышленных предприятий. Так ряд оборудование ряда грозненских нефтеперерабатывающих заводов было отправлено в Уфу, завод по производству толуола был перебазирован в Ишимбай, крекинг-заводы из Одессы и Херсона – в Сызрань, крекинг-завод из г. Осипенко – в Краснокамск, Туапсинский нефтеперерабатывающий завод – в Красноводск.
Наряду со сложнейшими задачами по Наркомнефти Ивану Седину пришлось решать и другие неотложные задачи, которые ставило правительство. Так постановление Государственного комитета обороны (ГКО) от 20 июля 1941 г. гласило «Наркомнефти …Организовать на Подольском заводе производство бронекорпусов и башен танков Т-60 для заводов НКСП и обеспечить их поставку». И эту задачу в условиях надвигающейся угрозы над Москвой надо было решать любой ценой.
В тяжелейших условиях начального периода войны вопрос о поставках достаточных объемов топлива и смазочных материалов приобрел особую остроту. Об этом говорит тот факт, что на протяжении всех четырех военных лет в начале каждого месяца на повестку дня заседания ГКО неизменно выносились два постоянных вопроса «О добыче нефти и выработке нефтепродуктов», «О планах снабжения горюче-смазочными материалами Красной Армии и Военно-Морского Флота».
30 июля 1941 г. ГКО приняло постановление «О мерах по развитию добычи и переработки нефти в восточных районах СССР и Туркмении». В августе Политбюро ВКП(б) одобрило военно-хозяйственный план обороны страны. На 4-й квартал 1941 г. Наркомнефти был установлен объем буровых работ в районах Второго Баку, Казахстана и Средней Азии 340 тыс. м., включая разведочное бурение 135 тыс. м. На 1942 г. объем буровых работ был запланировано 1 тыс. 760 тыс. м., включая разведочное бурение 650 тыс. м. Было намечено ввести 1550 эксплуатационных скважин, а также форсировать строительство ряда новых нефтеперерабатывающих заводов.
До 15 октября 1941 г. нарком Иван Седин с небольшой группой сотрудников оставался в Москве, затем по распоряжению главы правительства переехал в Куйбышев, где базировался аппарат Совнаркома СССР. Руководство деятельностью сотрудников центрального аппарата наркомата в Уфе до мая 1942 г. осуществлял его заместитель Николай Байбаков.
В связи с угрозой прорыва немецко-фашистских войск на южном направлении 28 октября 1941 г. ГКО принял постановление «Об эвакуации Майкопнефти и Грознефти в Башкирскую АСССР». И это сложнейшее дело осуществлялась под непосредственным руководством наркома Седина. В ноябре 1941 г. он с группой специалистов выехал в основные нефтяные районы страны – Грозный и Баку. В ходе его командировки были успешно решены сложные задачи по перебазированию нефтедобывающих и нефтеперерабатывающих предприятий с юга страны, а также по их ускоренному монтажу и вводу в эксплуатацию на новых местах.
Вполне заслуженно эта самоотверженная работа получила высокую оценку со стороны высшего руководства страны. 5 апреля 1942 г. Указом Верховного Совета № 11 народный комиссар нефтяной промышленности Иван Седин «за образцовое выполнение заданий Правительства по увеличению добычи нефти, производству оборонных нефтепродуктов и боеприпасов» был награжден орденом Трудового Красного знамени.

Создавая «Второго Баку»
Наряду с другими важнейшими производственными вопросами, в поле постоянного внимания наркома Седина было освоение Волго-Уральской нефтегазоносной провинции, получившей в прессе звучное наименование «Второе Баку». Разработка нефтяных месторождений между Волгой и Уралом позволила бы создать новую крупную сырьевую базу для нефтяной промышленности СССР.
22 сентября 1942 г. ГКО принял постановление «О мероприятиях по всемерному форсированию увеличения добычи нефти в Казахстаннефтекомбинате, Пермьнефтекомбинате и в трестах «Бугурусланнефть», «Сызраньнефть», «Ишимбайнефть», «Туймазанефть», «Туркменнефть», «Калининнефть» и «Ворошиловнефть». По существу это была развернутая программа создания мощного нефтедобывающего и нефтеперерабатывающего региона в Волго-Уральском регионе. В восточные районы страны из Азербайджанской ССР было перебазировано около 11 тыс. квалифицированных специалистов в составе геологических организаций, буровых контор, нефтедобывающих трестов.
Реализация этого важного правительственного решения потребовала от сотрудников Наркомнефти большого напряжения сил и энергии, и основные задачи были выполнены с честью.
31 декабря 1942 г. Краснокамская контора турбинного бурения Молотовнефтекомбината впервые в мире начала турбинное бурение опытной наклонно направленной скважины. В последующее время подобным способом на Краснокамском нефтяном месторождении было пробурено 208 наклонных скважин.
25 июля 1943 г. из скважины № 1 на Шугуровском месторождении в Татарской АССР получен промышленный приток нефти. Это событие дало новый мощный импульс дальнейшей разработке перспективной нефтеносной площади.
8 октября 1943 г. нарком Седин направляет председателю Совнаркома Татарской АССР Сулейману Гафиатуллину письмо следующего содержания: «На Ваши вопросы, поставленные в докладной записке от 27 сентября 1943 г. Полученный на Шугуровской структуре в скважине № 1 промышленный приток нефти и общие геологические данные дают основание считать Шугуровскую структуру промышленно-нефтеносной. Но для организации промысла данных об общей нефтеносности структуры недостаточно. Для организации промысла необходимо иметь площадь, подготовленную к заложению достаточного количества эксплуатационных скважин и подсчет запасов нефти по категории А и В. Для этого на Шугуровской структуре необходимо пробурить еще не менее 3-5 разведочных скважин. Вместе с этим, учитывая требования военного времени и считая Шугуровскую структуру перспективной, Наркомнефтью уже дано распоряжение немедленно приступить к подготовительным работам, связанным с организацией на Шугуровской структуре нефтепромысла. Одновременно дано указание Главнефтеразведке форсировать бурение разведочных скважин. Народный комиссар нефтяной промышленности СССР Седин».
Через пять месяцев, было принято постановление СНК СССР «О развитии разведочных работ и подготовке к строительству нефтяного промысла на Шугуровском месторождении Татарской АССР». В свою очередь, развитие этого важного правительственного решения нарком Иван Седин незамедлительно подписал приказ «О развитии разведочных работ и подготовке к строительству нефтяного промысла на Шугуровском месторождении Татарской АССР».
Оправдали ожидания руководства Наркомнефти нефтяники и Башкирской АССР и Куйбышевской области. В сентябре 1943 г. из разведочной скважины № 5 на Кинзебулатовском месторождении в Башкирии был получен первый фонтан нефти. А через год в полный голос заявили о себе и Туймазы. На склонах Нараштау. 26 сентября 1944 г. бригада под руководством мастера А.Т.Трипольского пробурила скважину № 100, которая дала фонтан с дебитом более 200 т. девонской нефти в сутки. А в Куйбышевской области в Яблоневом овраге 9 июня 1944 г. первая девонская фонтанная скважина № 41 выдала дебит около 212 т. нефти в сутки.
В военный период в СССР было открыто 34 нефтяных и газовых месторождения, из них 21 - в восточных районах и таким образом, между Волгой и Уралом были созданы основы новой сырьевой базы страны.

Прерванный полет
Вечером 24 января 1944 г. в Москве салютом 12 артиллерийскими залпами из 124 орудий был отмечено освобождение городов Пушкина и Слуцка от немецко-фашистских захватчиков. Однако этот праздничный салют мог по праву предназначаться лучшим советским нефтяникам, которые в том день первыми в истории отрасли были удостоены высшей трудовой награды, были удостоены присвоения звания Герой Социалистического труда, «За выдающиеся заслуги в деле увеличения добычи нефти, выработки нефтепродуктов, разведки новых месторождений и бурения нефтяных скважин».. В списке шести героев-нефтяников было и имя народного комиссар нефтяной промышленности Ивана Седина.
Вскоре в Кремле из рук «всероссийского старосты» Михаила Калинина ему были вручены золотая медаль «Серп и Молот и второй орден Ленина. В ответном слове, как было принято, нарком Седин заверил партию, правительство и «любимого вождя товарища Сталина» отдать все свои силы мобилизации все сил советских нефтяников на перевыполнение установленных производственных планов для достижение скорейшей победы над врагом.
Коренной перелом в войне, освобождение территорий нефтяных районов Кубани, Грозного требовали от сотрудников Наркомнефти в условиях тотального кадрового голода и отсутствия необходимого оборудования и материалов нетрадиционных решений по быстрому восстановлению нефтяных промыслов и нефтеперерабатывающих мощностей.
После освобождения территории Украины Государственный комитет обороны последовательно принял три важных постановления : «О мерах по восстановлению нефтебаз в освобожденных районах Украины» (27 января 1944 г.), «О мерах по восстановлению добычи и переработки нефти на предприятиях Укрнефтекомбината» (20 августа 1944 г.), «О мероприятиях по восстановлению добычи и переработки нефти а предприятиях Укрнефтекомбината Наркомнефти» (24 сентября 1944 г.). Их реализация, в условиях хронической нехватки материально-технических ресурсов, ежедневно ставила перед руководством Наркомнефти новые сложные задачи.
Наркому Седину было ясно, без высокопроизводительного нефтепромыслового оборудования нельзя было решить задачу, поставленную правительством, по существенному наращиванию объемов и качества буровых работ, увеличения скорости бурения. По его инициативе и при непосредственном участии были подготовлены и приняты постановления ГКО «О мероприятиях по восстановлению и ремонту бурового оборудования в нефтяной промышленности» (11 мая 1944 г.) и «Об организации производства электробуров для нефтяной промышленности» (10 октября 1944 г.)
15 ноября 1944 г. как и все сотрудники Наркомнефти нарком Седин с большой радостью выслушал приказ Верховного главнокомандующего И.В.Сталина «О восстановлении Государственной границы СССР на всем ее протяжении», совсем не подозревая, что работать в должности ему осталось всего две недели.
30 ноября 1944 г. Иван Седин был отстранен от должности народного комиссара нефтяной промышленности и направлен «в распоряжение ЦК ВКП(б)».
До сих пор нет обоснованных данных, что же послужило причиной его внезапной отставки. В воспоминаниях Николая Байбакова «Сорок лет в правительстве» высказано достаточно спорное объяснение произошедшего: «Предыдущий нарком, бывший секретарь Ивановского обкома ВКП(б), не был нефтяником и видимо, не вполне удовлетворял требованиям Государственного комитета обороны, а поэтому и был смещен». Однако, ознакомление с архивными документами показывает, что 30 ноября 1944 г. на заседании ГКО рассматривался только один вопрос «О плане осенне-зимних лесозаготовок в сезон 1944-45 годов», не имевший ни какого отношения к деятельности наркома нефтяной промышленности Седина.
В этом случае, представляется, более правдоподобной версия Михаила Черныша, в военные годы работавшего в Наркомнефти, а затем и в группе по нефтяной промышленности секретариата Совнаркома СССР. По его словам, отставка наркома Седина вполне укладывалась в существовавшую в тот период кадровую политику И.В.Сталина, с неизменным чередованием порой непредсказуемых проявлений, как царской милости, так и гнева со стороны «отца советских народов».

Текстильная рокировка
С декабря 1944 г. для Ивана Седина потянули тоскливые дни и месяцы мучительного ожидания в резерве Центрального Комитета ВКП(б). Более пяти месяцев он ждал решения своей судьбы, с тревогой подходя к телефону и почтовому ящику. Однако за день до проведения парада Победы в Москве, 23.мая 1945 г. он был вызван в ЦК партии, где ему сообщили о назначении на должность наркома текстильной промышленности. Здесь же им было получено приглашение на гостевую трибуну на Красной площади, что стало убедительным свидетельством окончания периода тягостной опалы. А прежний глава Наркомтекстиля Илья Акимов (1898-1962), вынесший на себе нелегкий груз руководства отраслью в военное время и награжденный несколькими орденами, по решению И.В.Сталина, без какой-либо видимой причины, понижен в должности и занял пост заместителя наркома.
Новое назначение вновь потребовало от Ивана Седина напряженной работы в ненормированное время и без выходных. В тот период в наркомат текстильной промышленности входили: хлопчатобумажная, ватная, льняная, пеньковая и шерстяная подотрасли. И с их спецификой предстояло разбираться буквально «на ходу».
В феврале 1946 г. в стране прошли выборы в Верховный Совет. Нарком Иван Седин был избран депутатов ВС СССР. Еще было еще одно весомое подтверждение его принадлежности к высшему эшелону советской элиты.
12-19 марта 1946 г. прошла первая сессия Верховного Совета. В ходе ее работы был принят Закон о пятилетнем плане восстановления и развития народного хозяйства СССР на 1946-1951 гг. Важное место в плане было отведено отраслям промышленности, производящей товары народного потребления. На той же сессии был принят закон о преобразовании Совнаркома СССР в Совет министров, а все народные комиссариаты были преобразованы в соответствующие министерства. Таким образом, с того времени в служебном удостоверении Ивана Седина значилась новая запись - министр текстильной промышленности СССР.
23 декабря 1946 г. было принято постановление Совета Министров СССР «Об ускорении подъема легкой и текстильной промышленности», определившее важные направления коренной модернизации отрасли. А через год последовал своеобразный отчет министра Седина о выполнении решений правительства. 24 декабря 1947 г. газета «Известия» помещает его статью «Больше тканей населению», где было отмечено: «После победоносного завершения войны текстильщики с большим подъемом приступили к выполнению сталинского плана вое становления и дальнейшего развития своей промышленности. Темпы роста производства, особенно тканей, пользующихся наибольшим спросом у населения, неуклонно возрастают. Так, в первом году послевоенной пятилетки выработка хлопчатобумажных тканей была увеличена на 17 проц., шерстяных - на 29 проц. и шелковых - на 35 проц. … В целом текстильная промышленность в третьем году послевоенной пятилетки должна увеличить выпуск продукции по сравнению с достигнутым в 1947 году не менее чем на 20 проц. Рост выпуска тканей для населения будет обеспечен путем ввода в действие многих десятков тысяч прядильных веретен и тысяч ткацких станков, улучшения технологических процессов, автоматизации и механизации производства и оснащения его новейшим оборудованием, а также в результате значительного повышения производительности труда».
Оставалось всего четыре дня до завершения года, когда 28.декабря 1948 г. Иван Седин был переведен на должность заместителя министра легкой промышленности СССР. Этот поворот был связан как с очередной управленческой реорганизацией, так и назначением на пост главы министерства видного государственного деятеля Алексея Косыгина (1904-1980). В системе государственного управления СССР он занимал многие ответственные должности. С 1946 по март 1953 являлся заместителем председателя Совета Министров СССР, одновременно в 1948 министром финансов СССР, Его неожиданное понижение до министра легкой промышленности было произведено с санкции И.В.Сталина с началом следствия по так называемому «Ленинградскому делу».
Десять месяцев работы под руководством А.Н.Косыгина для Ивана Седина не были какой-либо тягостью, но беда уже стояла на пороге…

В опале и после….
Осень 1949 г. стала критическим периодом в жизни Ивана Седина. В октябре 1949 г. по постановлению генерального прокурора он был арестован и в ходе скоротечного судебного заседания Верховного Суда СССР осужден к 6 месяцам исправительных работ «за злоупотребление служебным положением». Среди перечня его промахов по работе, значилось и то, что в марте 1947 г. при проведении личного приема он не сумел распознать в безногом инвалиде, рецидивиста Вениамина Вайсмана, выдавшего себя за инвалида-фронтовика, дважды Героя Советского Союза и дал распоряжение в качестве материальной помощи выделить ему из средств министерства одну тысячу рублей. 
Внезапный арест члена ЦК ВКП(б), депутата Верховного Совета СССР, Героя Социалистического труда, оставляют много вопросов, на которые сегодня ответа нет. Для выяснения этого вопроса и получения необходимого ответа необходимо обращение к архивным материалам правоохранительных и судебных органов. Одно несомненно, что без санкции И.В.Сталина подобные акции не осуществлялись. Можно предположить, что на скоротечное следствие и мягкий приговор, оказало вмешательство Алексея Косыгина, хотя возможно и И.В.Сталин «сменил гнев на милость».
Итак, после десяти лет нахождения в «обойме» партийно-политической элиты, это было окончательное падение для Ивана Седина с партийного Олимпа, которое было чрезвычайно чувствительным, вызвало серьезные душевные переживания. После освобождения от должности заместителя министра, непродолжительное он работал директором Карачаровского завода пластмасс, затем директором Дорогомиловского химического завода, и в 1959-1964 гг.  - в Институте нефтехимического синтеза. С февраля 1964 г. - директор Научно-исследовательского института технологии лакокрасочных изделий в Хотьково. 4 января 1972 г. после тяжелой болезни он скончался и был похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.Матвейчук А.А © 2017